Кто руководил обороной Ленинграда

10 июля 1941 года было создано Главное командование Северо-Западного направления, которое возглавил маршал Советского Союза К.Е. Ворошилов. После того как Красная Армия понесла в войне с Финляндией потери большие, чем потери вермахта при оккупации половины Европы, Сталин 8 мая 1940 года отстранил Ворошилова с поста наркома обороны. Можно сказать, что он его выгнал, потому что "красный маршал" едва не развалил работу оборонного ведомства.

Тем не менее, на ленинградский участок был послан именно он - больше, как выяснилось, посылать было некого. К тому же в июле и августе 1941 года внимание Ставки было поглощено событиями на центральном направлении, а в сентябре - катастрофой под Киевом.

21 июля Ворошилов своей властью остановил идущие к Ленинграду эшелоны и приказал выгрузить главные силы 1-й танковой дивизии. Совместно с двумя мотострелковыми полками НКВД они должны были контратаковать и разгромить финнов. Решение было чудовищно по своей глупости - на весах войны Ленинград и Петрозаводск имели совершенно разный вес, и к тому же в карельских озерных лесах танки были бесполезны. Лично возглавив неудачную атаку морских пехотинцев у Копорья, Ворошилов был легко ранен. Сталин, узнав о происшедшем, удостоил своего соратника несколькими крепкими эпитетами.

11 сентября Сталин снял Ворошилова и поставил на место командующего Ленинградским фронтом Жукова. 13 сентября Жуков прилетел в Ленинград. Приняв командование, он начал с того, что направил в войска приказ №0046, в котором объявлял "командному, политическому и рядовому составу", что любой, "оставивший без письменного приказа указанный ему для обороны рубеж, подлежит немедленному расстрелу". К сожалению, это было почти единственное, что он мог противопоставить мощи наступающего противника.

Жуков не знал жалости и неумолимо поднимал и поднимал измотанные беспрерывными боями войска в контратаку на многократно превосходившего их врага. Лишь ценой огромных жертв он сумел, в конце концов, замедлить немецкое наступление.

15 сентября немцы вплотную подошли к Ленинграду. Тяжелые танки KB прямо с конвейера Кировского завода отправлялись на передовые позиции. Но 16 сентября Гитлер снял с Ленинградского направления все ударные части и перекинул их под Москву. После этого фельдмаршал Лееб ослабил натиск и вместо штурма перешел к осаде.

Несмотря на то, что войска Ленинградского фронта держали оборону, вероятность прорыва немцев сбрасывать со счетов было нельзя. И поэтому было решено заминировать город. Все тот же маршал Ворошилов, теперь уже главком

Северо-Западного направления, выдвинул стратегическую инициативу - заминировать и взорвать крупные ленинградские заводы и фабрики, электростанции и магистрали, мосты, а также Балтийский флот, чтобы они не достались наступающим войскам противника. В принципе, подобное предложение уже выдвигалось за пару десятков лет до этого - в годы гражданской войны похожий план обсуждался на тот случай, если Юденич захватит Петроград. Идею Ворошилова поддержали А.Жданов и А.Кузнецов.

325 тысяч килограммов взрывчатки (тола и динамита) было уложено в основание предприятий и зданий различного
назначения, которые по команде должны были взлететь на воздух. Город, превращенный в руины вместе с домами и
памятниками, перестал бы существовать.

В эти же дни Военный совет Ленфронта принял постановление по осуществлению "Плана мероприятий по организации и проведению в жизнь специальных мер по выводу из строя важнейших промышленных и иных предприятий Ленинграда на случай вынужденного отхода наших войск". Эта операция должна была одновременно уничтожить свыше нескольких тысяч городских объектов, весь подвижной состав, все стационарные энергетические узлы и установки, кабели и железнодорожные депо, телеграфные и телефонные станции, установки водоканала и многое другое.

За 900 дней блокады ответственность должно нести партийное руководство, и в первую очередь самый бездарный чиновник - первый секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) товарищ А.А.Жданов, который к героическому подвигу жителей города никакого отношения не имел. Первый секретарь блокаду "проспал": много пил, много ел, занимался физкультурой, чтобы сбросить лишний вес, на передовую не ездил и хозяйством не занимался. По сути дела, город был на приехавшем осенью 1941 года в Ленинград уполномоченном ГКО Алексее Косыгине, который никогда не подчеркивал свою роль в обороне

Ленинграда. Он налаживал движение на Дороге жизни, ликвидировал заторы, улаживал разногласия гражданских и военных властей. Доставка угля, нефти, мобилизация коммунистов для охраны складов с продовольствием, эвакуация специалистов, эвакуация детей, вывоз заводского оборудования - всем этим занимался именно он.

В блокадном Ленинграде о Косыгине, в отличие от Жданова, говорили очень хорошо. Рассказывали почти святочную, но вполне правдивую историю о том, как он подобрал на улице умирающего мальчика - у того, лежавшего среди окоченевших трупов, чуть шевельнулся палец. Косыгин выходил его, подкормил, отправил на Большую землю - и навсегда об этом забыл. Цифры продовольственных поставок, количество тонн топлива, завезенного на электростанции, он и в старости помнил до последней запятой, а людей, которым помог, выбросил из головы. Ничего особенного, с его точки зрения, в этом не было.

После чудовищно тяжёлой зимы наступила весна 1942 года. Питание населения и войск улучшилось. В результате работы Дороги жизни ленинградцы стали получать мясо, жиры, крупу, но ещё в ограниченном количестве.

Горе диктаторам, поверившим, что они не диктаторы! Станислав Ежи Лец